11.02.2008 15.47
В поисках основного инстинкта
В детской городской больнице Южно-Сахалинска в 2007 году количество «отказников» по сравнению с 2006 годом увеличилось в полтора раза – с 68-ми до 86-ти малышей. Мало того: многие молодые мамы не умеют и не хотят быть мамами, и причины этого – не в кризисе экономики, а в кризисе всего общественного сознания. Об этом, а также о здоровье детей и молодых женщин – в статье «Твоей газеты» Южно-Сахалинска.
Открыв двери этого отделения, я боялась услышать детский плач многочисленных больных малышей, попавших сюда по воле судьбы. Но услышала мирную тишину, тихие голоса сестричек и шарканье тапочек мам. За стеклянными дверями палат посапывало наше будущее поколение. Мысль об экономическом кризисе родного отечества даже не мелькнула, а вот о падении духовном, о кризисе сознания — хочется кричать до сих пор...
Ребенок очищает мать от болезней...
Отделение патологии новорожденных существует на базе детской городской больницы г. Южно-Сахалинска с 1983 года. Раньше оно входило в состав общего отделения грудных детей, затем отделилось в самостоятельную единицу. Здесь находятся дети от момента рождения до 28 дней жизни. В медицинской науке этот период жизни ребенка называется неонатальным, когда новорожденный отрывается от плаценты, и в его организме происходит много изменений: раскрываются легкие, начинает работать сердце. Тогда и случаются всякие неприятности, и попадают мамы с нездоровыми малышами в надежные руки заведующей отделением патологии новорожденных Ирины Мосовой. Об этом — состоялся наш разговор:
- Ирина Владимировна, само слово «патология» наводит страх, тем более на молодую маму. Значит ли, что все дети, попавшие сюда, имеют отклонения в здоровье? Отчего случаются детские болезни даже у здоровых женщин?
- У здоровых женщин — редко. Если мать больна, болен и ребенок. Находясь в матке, ребенок получает общее с матерью кровоснабжение. Знаете, есть такое страшное понятие: ребенок является адсорбентом всех болезней матери. В народе говорят: «Ты, как родила — такая красивая стала, помолодела, оздоровилась!» И это действительно так, ребенок принимает на себя аллергены, болезни и выносит их вместе с собой, очищая мать. Эту версию мне подсказали врачи-неонатологи, которые давно работают над этим вопросом», — говорит Ирина Владимировна.
Когда отсутствует инстинкт сохранения
- Чем больны сегодня дети?
- Самые частые заболевания — почек, желудочно-кишечного тракта, порок сердца. И виновата здесь не только отвратительная экология: плохая вода, воздух, пища — но и много побочных факторов. Например, инфекция у матери: уреоплазма и микоплазма. Сегодня выживают дети, которые раньше, в ушедшем веке, выжить не могли. Благодаря тому, что наука движется вперед. Контингент больных по сравнению с прошлым десятилетием сменился, в основном это женщины с низким социальным достатком, которые вовремя не обследуются, поэтому лечить их приходится долго и упорно. Участились случаи рождения детей у малолетних мам, которые выносить плод толком не могут. В большинстве — курящие, и в больших количествах, имеющие никотиновую зависимость. Вспоминаю времена десятилетней давности и ужасаюсь: тогда среди попавших в наше отделение мамочек не было ни одной курящей, беременная женщина четко понимала, чем чревато такое пристрастие, и бросала пагубную привычку, только узнав о беременности. А сейчас мы столкнулись с проблемой под названием «а мне наплевать» — они курили до беременности, во время и после. Сегодня отделение на 25 коек перегружено, и я могу точно сказать, что пороков развития стало гораздо больше.
Отказные...
Ирина Владимировна назвала шокирующую цифру: количество «отказников» по сравнению с прошлым годом увеличилось в полтора раза. В 2006 году их было 68, а в 2007 — 86... Если вдуматься, это три полноценных класса школьников. Я представила их, красиво одетых первоклашек, выстроившихся на школьную линейку. Но за спиной — ни родителей с цветами, ни счастливых улыбок...
- Какова дальнейшая судьба этих детей?
- После выписки из нашего отделения ребенок оформляется в дом ребенка. Случаи усыновления — довольно часты, и, думаю, влияет на такой поступок еще и материальная поддержка государства, и это хорошо.
Но, к сожалению, нередки случаи, когда ребеночка берут лишь из желания получать за него пособие, жить за счет него, пьянствовать. А сколько мам, которые забирают из роддома своих малюток, а потом дети возвращаются к нам, найденными в дачных массивах, гаражах... Помню случай, когда в отделение реанимации попал месячный ребенок с черепно-мозговой травмой — мать его била, чтобы не плакал. Потом мать пришла и забрала его, но в итоге малыш снова попал в больницу, уже в другое отделение, и тогда ее лишили материнских прав. Некоторые идут на ухищрения: берут справку о рождении ребенка, чтобы получить положенные «подъемные», а потом отказываются или подбрасывают. В отделение реанимации попадали и дети, которые на наших глазах умирали от голода, истощения. Кажется, это какой-то массовый психоз...
Он не орет, а просит...
- Видимо так, если вспомнить последние местные новости: мать задушила своего младенца или оставила его умирать от холода и голода. Что случилось с нами? Среди основных причин на ум приходят стандартные — бедность, алкоголизм, неустроенность. Ведь Россия — далеко не самая бедная страна в мире. Но у нас беспрецедентное количество сирот. И все больше детей, рожденных с патологией. Каков процент нездоровых детей от общего количества рожденных?
- В прошлом году мы пролечили 443 ребенка. Общее количество рожденных за год — около полутора тысяч, значит, это каждый третий...
- Каждый третий малыш проходит не только через руки ваших врачей и сестричек, но и через сердце. Которое, как мне показалось при виде этих крошек, разрывается от жалости. Как можно жить с этим каждый день? Нет ли в отделении, в связи со спецификой работы, текучести кадров?
- Работа тяжелая, не скрою, но мы справляемся. И сотрудниками укомплектованы на 100 процентов, в большинстве это те, кто работает здесь уже более 10 лет, привязавшись к работе. Люди хорошие, добрые, медсестры относятся к детям трепетно. Порой даже лучше, чем сами мамы. И часто отпускают мам домой, возлагая на себя ответственность по кормлению, пеленанию, заботе. Помимо основной работы, занимаемся и воспитанием, потому что больно видеть, как мамочки общаются с детьми, не хотят просыпаться по ночам, злятся на собственных детей. Как можно кричать ребенку: «Не ори! Заткнись!» — ведь он просто плачет! Или приходит 19-летняя мама и возмущается: «Почему вы не можете вылечить моего недоношенного ребенка?» А у нее уже за плечами третья беременность и два медаборта. Так и хочется сказать: «Милая, ты на себя посмотри...» Очень много сил уходит на переживания за каждую из них, за их семейные неурядицы. Так хочется, чтобы жизнь у этих женщин сложилась и дети были согреты...» И знаете, мы любим их такими, какие они есть, потому что должны это делать. Потому что кто-то обязательно их должен любить...
Кризис цивилизации
Сейчас в отделении находятся 17 матерей с детьми, из них только 6 таких, которые с полной отдачей заботятся о детях. Я подходила к кроваткам, где лежали «отказные», завернутые «кулечки», одинаково симпатичные и беспомощные, и бессмысленно спрашивала кого-то: «Как можно это чудо выбросить? А это, синеглазое?»
Да, программа повышения рождаемости у нас наметилась мощная, но... однобокая. Как найти способ бороться с «кукушками», пока никто не придумал. И мера наказания за удушение младенца, как показала практика (такой случай был в нашей области, мама совершила это в состоянии аффекта), год — условно. Разве мы не все сегодня находимся в состоянии аффекта, если припомнить цифры: количество брошенных детей ежегодно увеличивается в среднем на 100 тысяч, и мы в мире — самые первые по этому весьма сомнительному достижению. Факты неумолимы: за 10 лет количество детских домов в одной лишь Москве выросло втрое, и мест в них не хватает. Эти факты нашептывают, что истоки кризиса, спада рождаемости — глубже, чем мы видим. И не в экономике и низкой зарплате дело: объяснимо ли — выносить, родить и затем бросить своего первенца, не задумываясь о его дальнейшей судьбе?
Врач – имя женское?
Чтобы работать в отделении патологии детей за такую зарплату, нужно действительно любить свое дело. Я видела, как бережно берут на руки малышей Ирина Владимировна Мосова и врач Мария Николаевна Викулина со словами: «Ты опять повернулась не в ту сторону, юное созданье! Посмотрите, какая красавица...», и подумала, что врач должен делать свою работу — лечить ребенка, и только. И за то, что они отдают каждой маме, путевой и непутевой, часть душевного тепла, за то, что повзрослевшие матери уходят отсюда со словами благодарности этим удивительным женщинам — спасибо от рожденных детей и еще не рожденных.
Быть может, не стоило рассказывать «ужастики», о чем судачат роженицы в коридорах, но все же... Доктор поведала, что во время родов одна мамаша кричала: «Я его удавлю, задушу, чтобы не родился» — и отказалась прямо в родзале... При этом я почувствовала, как «съезжает крыша». И не только моя, но и наша общая, когда-то такая незыблемая, нерушимая...
Шла по улице и всматривалась в лица: мы будто все нормальные, цивилизованные, успешные. Тогда кто из нас это делает? Откуда пустота в пространстве ценностных ориентиров и как долго теперь ее нужно заполнять?
