10.01.2008 11.00
Над гнездом кукушки
В начале нового года традиционно надеемся на то, что сбудется лучшее: станет больше положительных событий, и меньше — брошенных детей. Но, к несчастью, не все так хорошо в нашем общем доме.
Дети «у Христа на елке»
Узнаем леденящие душу подробности уличной жизни российских регионов. Например, в Омске возле одного из домов был найден завернутый в тонкое одеяло грудной ребенок. Родители, в отношении которых теперь заведено уголовное дело, избили его и бросили во дворе, на доски. Бригада «скорой» отвезла новорожденного, жизнь которого началась столь трагично, в реанимационное отделение детской городской клинической больницы в тяжелом состоянии.
Аналогичная трагедия произошла накануне новогодних праздников во Владивостоке. Новорожденную девочку (по оценкам докторов, ей было не более полутора часов от роду), кое-как завернутую в тряпицу, выброшенную ночью на мороз, чудом обнаружили случайные прохожие — две 15-летние девчонки, оперативно вызвавшие «скорую» и милицию. Ребенок лежал на бетонном блоке, между гаражами. До прибытия врачей новорожденную согревали прибывшие раньше милиционеры. Несмотря на ветер и минусовую температуру, девочка выжила. Заведено уголовное дело, ведется расследование.
Известно, что в конце 2007 года Генпрокуратура России представила итоги проверки, выявившей серьезные нарушения законодательства в сфере защиты прав детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей. К их числу относятся нарушения имущественных и жилищных прав воспитанников интернатов и, кроме того, прав детей на безопасное проживание непосредственно в самих сиротских учреждениях.
Результаты проверки были доведены до первого вице-премьера РФ Дмитрия Медведева, а он, в свою очередь, дал поручение органам исполнительной власти субъектов РФ, а также Минобрнауке, Миндзравсоцразвития и Минэкономразвития в течение двух месяцев принять меры к устранению нарушений законодательства и внести предложения по вопросам, требующим решения правительства.
Родители, где вы?
От детей отказываются, их бросают, многие переживают насилие. Это происходит во многих российских городах, в том числе и в Петербурге. По официальным данным Министерства внутренних дел, в России на протяжении 2006 года почти 200 тыс. детей стали жертвами преступлений разного рода (статистики по минувшему, 2007-му году пока нет). В нашей стране ежегодно появляется примерно 130 тыс. сирот, в основном социальных — то есть сирот при живых родителях, которым ребенок не нужен. Две трети «отказников» россияне берут в семьи, треть — остается у государства.
Между тем в нашей стране реализуется масса проектов, направленных на искоренение сиротства. Скажем, в Приволжье действует программа «Детям нужна семья». Во Владимире в декабре стартовал городской проект «Двенадцать добрых дел», призванный предоставить людям достоверную информацию о процедуре усыновления и создания приемных семей. В связи с этим местное телевидение готовит сюжеты о 12 приемных семьях, о детях из Дома ребенка и о социально-реабилитационном центре «Островок заботы». Накануне нового года архангельский Центр охраны прав детства и отделение альтернативных форм устройства детей приняли решение о продлении осенней акции «Родители, где вы?!».
Помимо обычных программ по устройству детей в семьи, существуют в России перенятые у других стран (в данном случае у Америки) проекты с участием волонтеров. В Мурманске, например, получила развитие программа «Сестрички». Она называется так потому, что с детьми занимаются студентки. Они стараются восполнить дефицит внимания: играют, читают книжки, общаются. Не вполне традиционный, но действенный метод, демонстрирующий возможность, а в ряде случаев пользу ухода от стереотипов.
Почему не возьмут Мишу?
«Этот ребенок всем очень нравится, но с точки зрения потенциального усыновителя он бесперспективен, ведь у него еще есть брат и сестричка», — такую фразу нередко произносят воспитатели детских домов.
Действительно, слишком часто у «отказника» Миши имеется сестричка Маша, а бывает, и прочие братья и сестры. Удалая мамаша имеет право легко, без проблем одного за другим сдавать их государству.
Вместе с тем существуют разные формы устройства сирот в семьи. Но и в этих случаях часто приемных детей подстерегают ловушки: вторичные, третьи, а случается, даже пятые отказы. И страшно подумать, что происходит в душе ребенка, пережившего это.
Есть школы приемных родителей, но отсутствуют единые стандарты и методики такого необычного, но необходимого российскому обществу образования. Вместе с тем не вполне эффективным можно считать и участие СМИ в истинном — не теоретическом — искоренении сиротства.
«Петербургский Час Пик» параллельно с целым рядом прочих петербургских изданий помогает развиваться большому петербургскому проекту «Ищу маму». И все бы хорошо, но огромной проблемой остается качество фотографий, на которых изображены дети. Не способствует делу и слишком скупая (буквально в два-три слова) информация о ребенке.
Так уж устроено в Петербурге, что детей для соответствующей региональной базы, как нам упорно объясняют чиновники, имеют право фотографировать только «специальные» люди из муниципальных органов опеки и попечительства, подписавшие некую официальную бумагу о суровой ответственности в случае разглашения секретных данных. Можно согласиться, излишней открытости в этом деле быть не должно: информация о сиротах строго конфиденциальна. Но, согласитесь, не до такой степени, что ребенок на снимке становится неузнаваемым, а сведения сводятся к словам: «спокойный» или «беспокойный».
Фотограф щелкает...
Оказалось, в Ленобласти дело обстоит намного проще. В одном из небольших детских домов (деревня Рябово Тосненского района), где проживает всего семнадцать детей, наш фотокорреспондент сфотографировал ребятишек, которые могут быть устроены в семьи. Причем местная власть быстро дала согласие на такую съемку.
В тот же день мы нагрянули в этот детдом с рождественскими подарками (эту новогоднюю акцию инициировал «Росбалт» в рамках проекта «Я в домике»). Когда завершилось представление, подготовленное детьми, я попросила социального педагога рассказать о сфотографированных мальчиках и девочках, а ребятишки нам подарили свои рисунки.
Очевидна необходимость совершенствования вариантов подачи информации о детях-сиротах. Понятно, даже самые ответственные муниципальные деятели не обязаны в совершенстве владеть мастерством фотохудожника. Так почему же не перестроить нашу неповоротливую систему таким образом, чтобы более результативным стало такое непростое дело, как устройство сирот в семьи. Ведь владеющие фотоискусством люди, подписав самые строгие бумаги, тоже в состоянии неукоснительно выполнять необходимые предписания.
Вместе с тем очевидно: любой ребенок имеет право на правдивый рассказ о том, каков он на самом деле (в этом уж точно ничего секретного быть не должно, такая характеристика — в помощь приемным родителям!). А многие дети постарше — как раз те, у которых меньше шансов на то, что обретут дом и любящих родителей, — наверняка могли бы подробнее рассказывать о себе, демонстрируя свои способности, например, к рисованию.
Мы взяли комментарий на этот счет у нескольких фотокорреспондентов. Они по-разному говорили о профессиональных тонкостях, связанных со съемкой детей, но при этом сходились в одном: на ребенка надо стараться смотреть глазами любящего родителя — тогда все получится.
Евгения Дылева
Цифры
По данным Главного контрольного управления президента РФ:
- 60% российских детей, отданных под опеку, возвращаются в сиротские учреждения.
- 25% усыновленных ребятишек повторно становятся сиротами. Усыновители разочаровываются в выборе, не справляются с детьми, у которых «трудное» прошлое.
- Патронатные родители возвращают только 7% принятых в семьи детей.
- По данным МВД, в России в прошлом году 2900 детей погибли от рук собственных родителей, 3 тыс. получили увечья.
- Сейчас в детских домах находится 163 тыс. воспитанников.
- К 2010 году правительство надеется на треть сократить общее количество традиционных детских домов (лишь бы не за счет укрупнения существующих!)
